— Сюда! — шепнул Шарат.
Они прокрались вдоль коридора, держась поближе к стене, чтобы, насколько можно, укрыться в тени, другом — ни души. Наконец колдун и Тонгор подошли к огромной медной двери. По всей поверхности ее были выгравированы символы Ямата.
— Нет стражи? — удивившись, тихо проговорил Тонгор. Шарат пожал плечами. Дверь оказалась не заперта. Колдун толкнул ее, и, заглянув в приоткрывшуюся щель, они увидели огромную пещеру с грубо отесанными стенами. В полу пещеры находился колодец. И из него появлялись и плясали языки жуткого зеленого пламени. Оно отбрасывало кривые, зыбкие тени на стены полутемной пещеры.
— Стой у двери и наблюдай. А я спущусь и сделаю все что нужно, — приказал колдун.
Тонгор кивнул и, прикрыв дверь, занял свое место, а Шарат спустился по каменным ступеням в Пещеру Огня. Сквозь узкую щель варвар внимательно осмотрел коридор. Полное отсутствие стражи одновременно и настораживало, и удивляло его. Безлюдная Алая Башня скрывала ужасных слоргов. Вполне логично предположить, что эта пещера защищена аналогичным образом.
Затем варвар махнул на все рукой. Что бы ни случилось, его крепкий меч или искусство колдуна наверняка справятся с любой опасностью.
Шарат подошел к краю колодца. Из-под накидки он вынул маленький кусочек Звездного камня, молот с таинственными, магическими рунами и длинные клещи. Ухватив клещами кусок магического звездного металла, он поместил его в пляшущие зеленые языки Вечного Пламени Ямата. Газ, породивший загадочный огонь, горел очень жарко — гораздо жарче кузнечного горна. Кусок звездного металла вскоре засветился красным, затем желто-оранжевым. Таинственный материал шипел и потрескивал в зеленых языках пламени.
Неожиданно чуткое ухо дикаря уловило некий звук. Тонгор насторожился. Коридор оставался пустым, но кто-то, тихо шурша, приближался к медной двери.
Тонгор шепотом сообщил об этом Шарату. Бело-желтое сияние охватило уже весь камень.
— Задержи их! — отозвался колдун. Он вынул из пламени светящийся кусок металла и, положив его на окованный железом край колодца, начал ковать клинок, беззвучно произнося какие-то слова.
По коридору шел толстый хранитель в желтом одеянии. Его сопровождала дюжина воинов в шлемах с перьями. Войдут они в медную дверь или проследуют мимо в какое-нибудь другое помещение? И Тонгор вскоре узнал ответ: все эти люди направлялись в пещеру. Возглавлявший процессию воин вышел вперед, чтобы открыть дверь хранителю. Валькар заколол его одним ударом. Безжизненное тело покатилось по каменным ступеням.
Остальные стражники закричали и выхватили мечи. Тогда северянин распахнул дверь и стал в проходе, ухмыляясь и сжимая в руке окровавленный меч. На варвара бросились двое из охраны хранителя.
Гулко звенела сталь, наполняя зал эхом. Воины хранителей хорошо фехтовали, но Тонгор встречал противника и посильнее. Одного он разоружил ловким движением руки, а потом проткнул ему живот. Несчастный с криком упал, и его тело загородило проход следующему противнику варвара. Второй воин отступил назад, уворачиваясь от падающего тела, и изменение позы привело к ослаблению защиты. Кончик клинка Тонгора мгновенно метнулся вперед и погрузился в грудь охранника хранителя.
В дверь одновременно могли пройти только два человека, и теперь, когда оба воина упали, их место заняли другие, тоже двое. Они рьяно взялись за дело и потеснили Тонгора. За спиной варвар слышал размеренный звон магического молота, придающего бесформенному куску металла форму меча, и продолжал сражаться.
Двое опытных воинов не давали Тонгору оглянуться. Звенела сталь, сверкала в красном свете факелов. Один противник упал с проломленным черепом. Окровавленный меч Тонгора вошел в грудь другого. И тут варвара постигла неудача — ему никак не удавалось освободить клинок, завязший в плотной желтой коже жилета убитого воина. Тонгор замешкался, и следующие два охранника вцепились в него словно охотничьи псы.
Один заломил валькару руки, а другой приставил к сердцу кинжал, но, получив ногой в лицо, отлетел в коридор. Тонгор вырвался, но его окружили. Кулаки варвара работали как кувалды, сминая плоть и круша кости. И все же его скрутили. Теперь, когда валькар оказался беспомощным, на, него с рычанием накинулся жирный хранитель, — прежде он не смел и подойти к медной двери.
— Святотатец! Осквернитель! Ты осмелился испачкать священные подземелья человеческой кровью! — шипел он, обнажив неровные зубы.
Тонгор рассмеялся и плюнул хранителю в лицо.
Хранитель побагровел от ярости. Он выдернул огромный меч северянина из груди убитого воина и взмахнул им, целя в живот валькара…
Однако рука его дрогнула… и замерла. Меч со звоном упал на каменный пол. Лицо, прежде багровое от гнева, стало бледным от ужаса. Взгляд хранителя пополз влево и остановился на чем-то за спиной Тонгора.
Воины, вцепившиеся в руки и плечи великана-варвара, закрутили головами, и, как по команде, уставились куда-то в глубину зала. Лица их посерели от страха, пальцы разжались. Дрожа, не решаясь повернуться спинами к неведомому врагу, они начали пятиться туда, откуда пришли.
Позабытый охраной хранителя Тонгор подобрал свой меч, обернулся и увидел… зеленые привидения!
Их было три. Полупрозрачные, как запотевшее стекло, как густой туман, жуткого зеленого цвета. Руки их заканчивались птичьими когтями. Слюнявые клыкастые пасти издевательски улыбались. В черных глазницах черепов мерцали злобные зеленоватые огоньки.
Тонгор почувствовал, как встают дыбом волосы и бегают по телу мурашки. Варвар вспомнил все предания и ночные страхи и попятился, увидев, что привидения подступают. Одно из них, на мерзком черепе которого торчал клок волос, словно приклеенный к голой кости, подпрыгивало, как собака. Второе продвигалось вперед с грацией змеи. Третье, зажав голову под мышкой, ковыляло, переваливаясь из стороны в сторону. На их отвратительных зеленых телах висели обрывки саванов.
Хранитель, жирное лицо которого приобрело цвет творога, изобразил пухлой рукой знак Ямата. Ни это, ни с трудом выдавленное заклинание не остановило зеленых призраков.
Позабыв о достоинстве, хранитель резво развернулся и побежал следом за охранниками, а Тонгор остался с привидениями один на один.
Варвар коснулся губами меча и быстро произнес молитву Отцу Горму. Затем он бросился вперед. Окровавленный клинок со свистом пронесся сквозь привидения. И они смялись, словно невесомая ткань. Они расплывались и таяли, а валькар, разинув рот, глядел на это.
У двери, улыбаясь, стоял Шарат.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
